Глава 4 День третий. Борьба с желанием

 

Караван просыпался. Я подошел к больному. Тот лежал, глядя в голубое небо, и улыбался. Я разрешил ему поесть и попить. Он выглядел бодрым. Подходила Илойя, щебетала своему приятелю подбадривающие слова, а мне — слова благодарности. Подходили и другие люди из их компании. Затем все ушли, я нажал на некоторые активизирующие точки, дал еще пару советов. Было ясно, что человек сможет идти, но к вечеру моя помощь будет снова необходима. Сказав, что я лишь ученик, я отказался от какой-либо платы, чем вызвал еще больший приступ благодарности в моем подопечном, и сам получил удовольствие от своего бескорыстия.

«Людям действительно нужно служить», — горделиво вскинулась моя голова. Встряхивая светлыми мягкими волосами, я представил, как красиво они должны падать мне на плечи. Чувствуя, как Илойя провожает меня долгим восторженным взглядом, я пошел в начало каравана, чтобы не присутствовать постоянно рядом с компанией и не втягиваться в разговоры. Присел недалеко от группы купцов, подумал, что мне совсем не интересны их товары. А еще в прошлом году я с удовольствием запоминал запахи неизвестных пряностей, разглядывал и ткани, и дорогое оружие — словом, все, что везется с Востока. При знакомстве с купцами мне всегда удавалось уговорить их показать все свои богатства.

Сейчас, любуясь восходом и наполняя себя утренним солнцем, я стал ждать, когда караван тронется в путь. Тихонько подкралась Илойя. Села напротив меня. Ее глаза светились восторгом и страданием.

— Я знаю, что не должна... — она принялась лепетать какие-то глупости. Я понял, что она не спала и все время думала, в ней происходит борьба между правилами, которые она, без сомнения, чтит, как добропорядочная девушка Та-Кемет, и чувствами, которые захватывают ее. Она видит мою холодность и, конечно, сомневается во всем, сердце ее разрывается... «О Исида, хорош бы я был, если бы позволил себе любовь с этой девушкой! Ты уберегла меня от ошибок, я твой должник». Но все же у меня не хватило сил сказать Илойе холодное: «Прости, мы не увидимся больше». Ведь я хочу, чтобы все были счастливы.

Илойя, возвращайся к своим, следи за Ротом, нужно будет— зови меня. На привале я сам подойду к нему.

Да, — чуть слышно и обреченно соглашается она. Я опускаю глаза и молчу, ока понимает, что наша чудесная и странная ночь была лишь сном, ее фантазией, Я не смотрю ей вслед и ни о чем не думаю.

Караван трогается в путь, и я иду рядом с купцами. Никто не пытается заговаривать со мною. Поднимается солнце, наступает прекрасное утро.

Как великолепно небо! Как чист и прозрачен воздух! С наслаждением я дышал солнцем, утром-, свежестью неба! Здесь, в пустыне, природа с нетерпением ожидала наступления сезона дождей. Сухие ветры сменялись замирающей тишиной. А там, куда мы шли, на берегах Нила, все живое ждет его разлива, жаждет вкусить обновление жизни. Я дышал свободой, покоем и предчувствием чего-то!

Еще задолго до привала внезапно поднялся ветер. Люди стали закрывать лица, чтобы не задохнуться в пыли. Шелест песка, гул ветра в скалах — так- звучит, наверное, Вечность. Когда-то давно эти пески были покрыты водами океана. Здесь плавали рыбы, прятались скаты, а в раковинах рождались чудесные жемчужины. Я представляю, что иду по дну океана. Ветер несет прохладу, жары нет, и я наслаждаюсь движением. Мне кажется, что ветер весел, что он играет со мной, зовет радоваться и кружиться вместе с ним, шурша песком, раздувая дюны, взлетать ввысь к голубому небу, чтобы парить над бурей свободно, как птица, расправив крылья.

Я зажмуриваю глаза, порыв ветра наполняет меня невесомостью. Я продолжаю монотонно двигаться в такт с караваном, но одновременно я лечу, взмываю ввысь, захватывает дух от радостного полета! Еще выше!».

Оглавление