Глава 6 День пятый. Утоленная жажда

Я хочу знать про нее все!

Зачем?

Хм, — он задумался, — она меня очаровывает, а я не могу понять, чем. Да нет, не в этом дело. Она мне нравится, но я ее не понимаю. Вот ты мне нравишься, и я тебя понимаю. Ты, конечно, парень непростой и первому встречному про свое сокровенное рассказывать не будешь, так это и не нужно. Зато есть главное: в темноте нож в бок не вставишь и куском хлеба, надо будет, поделишься, а все остальное — свободная песня души, поступай, как знаешь.

А у Илойи не может быть своих тайн? Разве она не свободна?

Свобода женщины до тех пор свобода, пока она не выбрала себе мужа. А потом ей следует подстраиваться к нему.

 

Тебе не понятно, может ли Илойя подстроиться к. тебе?

Да! Слушай, я вижу, что ты хороший жрец, Исида любит тебя! А еще, ты знаешь, мне не понятно, правдива ли она, когда подстраивается. Иногда мне кажется, у нее душа нараспашку, а иногда я вдруг вспоминаю, что она из бедной семьи, а бедняку ко всему миру надо подстроиться, чтобы не умереть с голоду.

Ты умный человек, Сиат, и ты мне очень нравишься, твоя доброта и открытость будет вознаграждена. Давай сюда жемчужины, я тебе помогу.

Он вдруг насупился:

А что ты собираешься делать?

Да не бойся, я просто поговорю с ней на посторонние темы, а жемчуг, скажу, что сам нашел на дороге, давай, не волнуйся, я не причиню ей вреда и не выдам тебя, — кажется, к Сиату я отношусь лучше, чем к Илойе. Интересно, почему?

Он отдает мне жемчуг, тот жжет мне руку. Я не могу сейчас сразу идти к Илойе.

—        Надо сначала подумать немножко, — говорю я в задумчивости... Сиат мне не мешает, он думает, что я собираю магические силы или колдую над жемчугом.

Солнце садится, длинные тени от скал наполняют дорогу прохладой, караван стремится идти в тени, а мне хочется идти по той стороне, где есть солнце. Может быть, Ра даст мне силы выбраться из этой странной истории. Меня слегка подташнивает, когда я думаю, какую двойную игру я веду. Но что я сделал плохого? Я откликнулся на ее любовь, я не домогался и не требовал. Я честно держу наши отношения в секрете, потому что так хочет она. Я ничего ей не обещал, и, кажется, она ничего не ждет от меня. А что я должен был делать? Изображать целомудренного тата? Я не имел права заниматься любовью с простой девушкой, это считается разглашением знаний. Так ей и не нужны были высокие состояния любви. Ей просто хотелось близости, пора пришла. Все очень просто, если я не думаю о ее душе. Меня еще больше затошнило от собственных мыслей, и я прекратил их оправдательную пошлость.

Что ж, у меня прекрасная возможность и самому понять все то, что хочет понять Сиат. Я подошел к нему поближе. Было уже темно. Звезды высыпали на небо.

Сиат, не волнуйся, все будет хорошо.

Ты специально дождался темноты? — он напряжен.      

Может, и специально, кто знает, — говорю я откровенно. Хлопнув его по плечу, как близкого друга, иду быстро вперед.

Оглавление