Глава 5 Посвящение

«О Исида! Я ревную!» — эта мысль начинает потихоньку завладевать мною! Мы идем с Олией и разговариваем с разными людьми. Я. выражаю восторги Хонсу, удивляюсь искренне, как он изменился. С Нефтидой мы бросаемся в объятия друг другу, хохочем, вспоминая, как нам удалось сделать танец совершенно иным.

Что ты сделал, — поражается она, — в позвоночнике вдруг поднялась такая горячая волна, что я не могла уже танцевать по-прежнему, мне хотелось летать вокруг тебя и взмывать в небо!

Я покажу тебе, — смеюсь я, довольный собою, — точку, которой пользуются девчонки в храме Хатор. Вот она!

Вокруг нас образуется круг. Я поворачиваю ее спиной к себе, легко надавливаю на точку выше поясницы.

— Но действенна она только тогда, когда спина максимально прогнута!

Мы делаем с Нефтидой движение танца, когда она прогибается в спине и буквально лежит на моей руке, касаясь головой пола. В этот момент я, наклоняясь над ней, перехватываю ее на свою другую руку и большими пальцами обеих рук нажимаю на точки с двух сторон от позвоночника. Я проделываю все это в замедленном темпе. Вокруг нас еще больше людей. Все восторженно хохочут, мы привлекаем всеобщее внимание.

Боковым зрением я все время вижу Элит и Аменсерта. Почему Элит смотрит на меня так напряженно? Зачем я это делаю? Мальчишки и девчонки тут же пытаются повторить красивый прием. Я хватаю Олию за руку, мы подходим к Верховной жрице. Это далеко от Элит, это на другой стороне водоема, но я все равно вижу ее и Аменсерта.

Мама! — я обнимаю ее, она обнимает нас с Олией.

Я видел, как ты смотрела на меня во время танца с Сетом. Что-то не так?

Я скажу тебе, Йлилой, но только не возгордись, ты чувствуешь Осириса так глубоко, как не многим удается даже тогда, когда человек достигает уровня высшего жречества. Меня это радует и беспокоит. Когда чего-то слишком, всегда есть опасность, — она явно чего-то не договаривает, крепко сжимает мою руку, сквозь ее улыбку и праздничное настроение сквозит тревога.

Олия смотрит на меня восторженно.

— Мама, — говорю я легкомысленно, — все будет хорошо, пока ты меня любишь!

В храме принято повторять друг другу такую фразу.

—        Дорогая! — поворачивается Хелис к Олии, собираясь сказать что-то важное, но, видя наши счастливые лица, явно меняет свое намерение. — Мне бы хотелось уберечь вас, я вас очень люблю!

На ее глазах слезы, она обнимает нас снова, целует. Слезы счастья, как и эмоции любви — это энергия праздника, проявлять их не только не стыдно, но даже обязательно. Затем Хелис говорит уже мягким и спокойным голосом Верховной жрицы:

Вы танцевали прекрасно, молодцы! Как ты справился с испытанием, Илилой?

Знаешь, — мне очень весело, и я горделиво встряхиваю своими светлыми, как у мамы, волосами, это волосы потомков жрецов Атлантиды, — я смотрел из потайного окошка всю борьбу Гора и Сета!

И снова я вижу в ее глазах тревогу. Она молча треплет мои волосы, проводит рукой по спине. Это немного успокаивает мое возбуждение.

Оглавление