Глава 2 Урок

Я стал медленно подниматься, радуясь каждому своему движению: повернулся на правый бок, подтянул колени к груди, перетек всем корпусом на живот, не расправляя коленей, в позе лягушки сладко потянул позвоночник, руки мои скользили вперед по камням, в теле еще что-то передернулось. Медленно поднимая голову к солнцу, я протягивал ему руки в благодарной радости. Сев на колени и положив руки на бедра ладонями вверх,' я включился непроизвольно в дыхание, накапливающее силы. Я следовал желаниям тела, я слушался Ра, который был во мне.

Солнце клонилось к закату. Мне хотелось пойти к горе для медитации, но я не знал, можно ли мне сделать это. Прохлада быстро опускалась на землю. На мне не было никакой одежды, кроме шендит. Я лег на спину и настроился на Хелис. Лицо ее улыбалось. «Я хочу пойти на скалу и побыть там ночь», — сказал я ей мысленно. Ее лицо немного насторожилось.  «Я помешаю кому-то там?»   —  спросил я.  Она покачала головой? «Нет».

Я стал думать за нее. Все готовятся к празднику. Любой может попроситься на гору для очищения духа. «Нет», — говорят ее глаза. Все наверняка знают, что я нахожусь в сложном периоде. «Не совсем так, все знают» что ты готовишься стать Осирисом», — ее глаза глядят на меня ласково. Осирис — это тот, кто пройдет через смерть и не умрет.

«Мама, не волнуйся, со мною все будет в порядке», — шепчу я, и радостные слезы катятся у меня по щекам. Она позволяет, но беспокоится. Я никогда не был на скале один.

Но разве я сам чего-то опасаюсь? Разве я не смогу согреть тело духом, как учил меня когда-то Рекси. Я стараюсь не думать о нем, мне слишком стыдно. Но при малейшем воспоминании я чувствую, как волна напряжения проходит по телу. «При чем тут стыд!?» — говорю я себе строгим голосом своего учителя. «Благодарю тебя за урок!» — говорю я ему мысленно и представляю себя стоящим перед ним на коленях со склоненной головой, в благоговении целую его сандалии, но не пытаюсь взглянуть в лицо. Смотреть в глаза учителя — 'значит спрашивать его об оценке за урок. Урок не закончен.

Садится солнце. Еще немного — и на землю упадет темное покрывало ночи. Если кто-то из Храма пойдет на скалу (я не совсем доверяю своему телепатическому опыту), то он должен уже выходить. Как барс, я вскакиваю одним прыжком. Прохлада вечера мне пока еще приятна. Бесшумно я крадусь к храму, как изгой, прислушиваюсь к каждому шороху. Задний двор не закрыт, я могу тихо Пройти через калитку, бесшумно пересечь двор, скользнуть незамеченным по узким переходам, затем через Большой зал, потом взлететь по ступеням в свою комнату и оказаться почти мгновенно в своей постели, где так уютно и пахнет лавандой. Лишь на мгновение я позволяю себе представить такое завершение сегодняшнего дня. Это значило бы признать свое полное ничтожество. Мой выбор другой. Я замираю в невысоких кустах тамариска.

Жреца сторожа не видно и не слышно, зато в самом проеме входа появляется моя любимая кошка-охранник и ложится, положив голову на лапы впереди себя. Три года назад я сам принес ее, купив в храме Хатор за красивый коврик, что мне дала с собою Тиса.

Животные живут в храме на заднем дворе, я там буквально пропадал в детстве, изучая способы дрессировки кошек. Общение с животными делает человека очень добрым и очень чувствительным. Перед тем, как отправиться на обучение к Деуру, меня всерьез увлекала работа с кошками, а вот змей я недолюбливал, они казались мне холодными и жестокими. Я пришел к своему учителю в первый раз, как маленький котик, готовый любить своего хозяина и выполнять все его приказы. Я вспомнил, как Деур улыбался мне постоянно, я был настолько чувствителен, что все схватывал на лету, ему не приходилось повторять что-либо дважды.

Мою любимую кошку зовут Басти — в честь богини-кошки. Я раздумываю только секунду. В следующий миг я уже издаю губами едва слышный шипящий звук, похожий на звук змеи, движущейся по песку. Я повторяю звук три раза, и моя кошка начинает узнавать меня. Она приподняла голову и настороженно всматривается в сгущающуюся тьму. Я продолжаю шуршать губами.

Оглавление