Глава 9 Поворот

Это было наказание, потому что меня направляли на работы, не связанные с духовными практиками. Я должен был выполнять для Храма простую работу, как младший жрец, закончивший свой духовный рост. Но я вскочил и от радости забегал по комнате, как ужаленный.

Не может быть! Я совсем, недавно мечтал об этом, как о чем-то совершенно неосуществимом, представляешь, я сидел на берегу Нила вчера вечером перед тем, как встретить Тефоса!

Корабль отправляется через день, — перебила она мое ликование, — тебе надо собраться, получить необходимые инструкции и, — добавила с загадочной улыбкой, — попрощаться с Олией.

Я думаю, все это не будет сложно, — сказал я "серьезно. — Но, мама, а как же Великая Пирамида?

Все остальное тебе предстоит решить самому. Ты должен вернуться не позднее середины сезона всходов.

У меня почти пять лун! Это лучшее наказание, которое ты сумела бы мне придумать! Я опять принялся ликовать. Она смотрела на меня с легкой грустью.

Мама, а какое наказание ждало меня? — неожиданно я понял, что ее первоначальное решение было совсем другим.

Рекси хотел, чтобы ты занимался починкой водопровода.

Я захохотал. Она была серьезна:

В одном Рекси совершенно прав: ты потакаешь гордыне, мой мальчик. И это очень опасная игра. Пожалуйста! Будь благоразумен! Если ты сорвешься в бездну, я не прощу себе этого, твой отец не простит мне. — Она строго и серьезно смотрела мне в глаза.

Мамочка, пожалуйста, верь мне, я не сделаю ничего такого, за что тебе будет стыдно!

Я снова подошел и опустился на колени:

—        Благослови меня, как самая прекрасная и мудрая жрица Исиды.

Она крепко прижала к груди мою голову:

Будь счастлив, мой милый сын, мое дорогое солнышко, — она была совершенно спокойна.

Видят Боги, — добавила, помолчав, — я ничего не нарушаю и поступаю, как поступила бы Исида на моем месте! Иди, Или, уже поздно, завтра у тебя будет трудный день.

Еще раз поблагодарив и поцеловав Хелис на прощание, я отправился к себе в полной растерянности от всего случившегося. Олии не было в моей комнате, я был этому рад, хотелось побыть одному. Мне долго не спалось, все события последних дней снова и снова в мельчайших подробностях плыли передо мною.

Я вспомнил, как Рекси побил меня в первый день после моего возвращения. Мне очень хотелось, чтобы он верил мне так же, как поверила мама я надеялся, что смогу доказать ему свою способность быть настоящим жрецом, не то что этот напыщенный индюк Аменсерт. Неужели нужно быть таким циничным, чтобы нравиться  Элит, чтобы завладеть ее вниманием? На этот вопрос я не мог себе ответить. Я вспомнил весь праздник, танец с Элит и любовь с Олией, свое посвящение и счастливый народ на площади. Вспомнил вдруг того юношу, что поднял лотос, оброненный Олией. Какой я все-таки грубый и избалованный мальчик, зачем я обижаю ее?

Я стал думать, как я ее обижаю, и не мог придумать, в чем бы мне попросить прощения. Что-то у нас не так, наверное, она хочет, чтобы я безраздельно принадлежал ей, и, сама страдает от этого, надо поговорить с ней завтра, попробовать объяснить, почему я уезжаю.

Оглавление